Почему искусственный интеллект может повторить кризис 2008 года

Такой уровень расходов означает почти удвоение по сравнению с рекордным 2025 годом, когда эти же компании потратили около 443 миллиардов. По данным аналитиков Futurum Group, примерно 75% от совокупных затрат — более 450 миллиардов долларов — направляется непосредственно на инфраструктуру искусственного интеллекта: графические процессоры, серверы и дата-центры (Futurum Group, 12 февраля 2026 года).

Что движет гонкой?

Логика инвестиций основана на так называемом парадоксе Джевонса — экономическом наблюдении XIX века, согласно которому повышение эффективности использования ресурса приводит не к снижению, а к росту его потребления. Применительно к искусственному интеллекту это означает: каждое улучшение моделей и снижение стоимости обработки данных теоретически должно открывать новые области применения, увеличивая спрос на вычислительные мощности.

Исходя из этой логики, спрос на вычислительные ресурсы представляется безграничным, а неограниченные капиталовложения — рациональными. Однако, как отмечают исследователи из Массачусетского технологического института (MIT), основополагающее предположение о том, что инвестиции в искусственный интеллект приносят положительную отдачу, пока в значительной степени не проверено.

95% пилотных проектов не работают

В августе 2025 года исследователи MIT опубликовали доклад «Разрыв в области генеративного искусственного интеллекта: состояние ИИ в бизнесе 2025 года» (The GenAI Divide: State of AI in Business 2025). Результаты оказались неутешительными: при совокупных инвестициях в размере от 30 до 40 миллиардов долларов 95% пилотных проектов с использованием генеративного искусственного интеллекта не продемонстрировали измеримого влияния на финансовую отчётность компаний.

Как пояснил руководитель исследования Адитья Чаллапалли из Медиа-лаборатории MIT, лишь 5% интегрированных пилотных проектов «извлекают миллионы в виде ценности». Основные причины неудач связаны не с качеством самих моделей, а с организационными проблемами: непродуманная интеграция в рабочие процессы, отсутствие чётких целей и несовместимость с повседневной деятельностью сотрудников (Fortune, 18 августа 2025 года; The Hill, 20 августа 2025 года).

Эти данные имеют принципиальное значение: если подавляющее большинство внедрений не приносит ожидаемой отдачи, то общий спрос на вычислительные мощности может оказаться значительно ниже прогнозов, на которых основаны текущие планы капитальных затрат.

Проблема избыточных мощностей

Ситуация усугубляется тем, что некоторые из крупнейших инвесторов уже фиксируют наличие избыточных вычислительных ресурсов. В начале июля 2026 года Bloomberg и CNBC сообщили, что Meta Platforms разрабатывает планы создания облачного бизнеса по продаже избыточных вычислительных мощностей.

Марк Цукерберг, основатель и руководитель Meta, пояснил причины этого решения, заявив: «Развитие ИИ-агентов, по крайней мере, за последние четыре месяца, на самом деле не ускорилось, как мы ожидали» (Reuters, 14 июля 2026 года).

Это заявление привлекает особое внимание аналитиков по одной простой причине: Meta — это компания, которая обладает 3,5 миллиардами пользователей, рекламной системой, превращающей интеллект в доход, и лабораторией исследователей в области искусственного интеллекта. Если у такой компании возникают избыточные мощности, это ставит под сомнение фундаментальное предположение о безграничности спроса.

Стоимость аренды графических процессоров рухнула

Давление на цену усугубляется стремительным снижением стоимости аренды графических процессоров. По данным Silicon Data, индекс аренды NVIDIA H100 снизился с пиковых 9,34 доллара в час (2024 год) до 2,20 доллара в начале 2026 года — падение составило более 75%.

Neo-cloud провайдеры (специализированные облачные компании), такие как Lambda и RunPod, предлагают аренду H100 по цене от 1,38 до 2,63 доллара в час. Для сравнения: в период пика дефицита в 2023-2024 годах та же мощность стоила от 8 до 10 долларов в час (Cyfuture AI, апрель 2026 года; публикация Latent Space, октябрь 2024 года).

Это снижение цен отражает фундаментальное изменение рыночной конъюнктуры: предложение графических процессоров опережает спрос, что создаёт серьёзные проблемы для компаний, построивших свою финансовую модель на высоких ценах аренды.

Финансовый домик из долгов

Наиболее уязвимым звеном в цепочке оказались специализированные облачные провайдеры — компании, которые строят дата-центры и сдают вычислительные мощности в аренду. Один из крупнейших примеров — CoreWeave, американский облачный провайдер, специализирующийся на графических процессорах.

По данным документации Комиссии по ценным бумагам и биржам США (SEC), общая задолженность CoreWeave превысила 24 миллиарда долларов к первому кварталу 2026 года. Компания привлекает финансирование через специализированные кредитные инструменты — отсроченные кредиты под выдачу (Delayed Draw Term Loans, DDTL), обеспеченные графическими процессорами и долгосрочными контрактами типа «бери или плати» (Take or Pay).

Ключевая особенность модели: клиенты берут на себя обязательства по оплате вычислительных мощностей на несколько лет вперёд, независимо от того, будут ли они фактически использоваться. По сути, это долгосрочная аренда, замаскированная под облачные услуги.

В марте 2026 года CoreWeave получила кредит размером 8,5 миллиарда долларов (DDTL 4.0) с рейтингом A3 от рейтингового агентства Moody's — беспрецедентный случай для компании такого типа. Однако, как выяснилось, рейтинг во многом определялся не качеством самого бизнеса, а кредитоспособностью ключевого клиента — Meta. Ставка по кредиту составляет SOFR плюс 2,25% для плавающей части и приблизительно 5,9% для фиксированной (CoreWeave, отчётность SEC; PFI, 8 апреля 2026 года).

Процентные платежи CoreWeave в первом квартале 2026 года составили 536 миллионов долларов — это 25,8% от выручки компании. Свободный денежный поток за тот же период оказался отрицательным и составил минус 4,71 миллиарда долларов (IO Fund, 12 июня 2026 года).

NVIDIA: поставщик, инвестор и гарант в одном лице

Особую тревогу аналитиков вызывает роль NVIDIA в этой системе. Компания выступает одновременно в нескольких качествах: поставщика графических процессоров, инвестора в облачные провайдеры и гаранта спроса на их мощности.

В январе 2026 года NVIDIA инвестировала 2 миллиарда долларов в CoreWeave, а в марте — столько же в Nebius (ранее — российская компания Яндекс, ныне зарегистрированная на NASDAQ). Помимо этого, NVIDIA предоставила CoreWeave гарантию на покупку нереализованных вычислительных мощностей на сумму 6,3 миллиарда долларов сроком до апреля 2032 года.

Как отмечают аналитики IO Fund, такая модель создаёт циклическую зависимость: NVIDIA продаёт графические процессоры облачным провайдерам, инвестирует в них, гарантирует покупку их непроданных мощностей, а затем получает доход от их деятельности. По сути, спрос искусственно поддерживается самим поставщиком оборудования, что является «наиболее низким по качеству видом спроса» (IO Fund, 12 июня 2026 года).

Параллели с 2008 годом

Сравнение текущей ситуации с ипотечным кризисом 2008 года не является журналистским преувеличением. Экономические аналогии носят структурный характер.

В основе кризиса 2008 года лежали так называемые субстандартные ипотечные кредиты — модели 2/28 ARM (ипотека с изменяемой процентной ставкой). Заёмщик получал низкую фиксированную ставку на первые два года, после чего ставка пересматривалась. Негласное предположение заключалось в том, что к этому моменту стоимость жилья вырастет настолько, что заёмщик сможет рефинансировать кредит на более выгодных условиях.

Как поясняют исследователи экономической библиотеки CyberLeninka, механизм 2/28 ARM означал, что «процентная ставка была фиксированной в течение первых двух лет, а затем становилась плавающей и пересматривалась каждые шесть или двенадцать месяцев. По истечении льготного периода ставки могли резко вырасти на несколько процентных пунктов» (econlib.ru, 2026 год).

Ключевая аналогия: кризис 2008 года начался не с падения цен на жильё, а с замедления их роста. В 2004-2005 годах годовой прирост составлял 15-18%, но затем начал снижаться. Цены оставались на историческом максимуме и продолжали расти, однако темп роста замедлялся. Именно в этот момент — когда цены ещё росли, но уже не так быстро — начались массовые дефолты по субстандартным кредитам.

Применительно к инфраструктуре искусственного интеллекта это означает: крах может начаться не тогда, когда спрос на вычислительные ресурсы упадёт, а тогда, когда он перестанет расти такими же быстрыми темпами, какими был построен текущий объём инфраструктуры.

Кредитная архитектура вместо технологической

Как отмечают финансовые аналитики, рынок ошибочно рассматривает ситуацию с искусственным интеллектом как технологический цикл, тогда как её реальная анатомия ближе к кредитному циклу коммерческой недвижимости.

Технологические циклы характеризуются плавным снижением мультипликаторов по мере переоценки будущего. Кредитные циклы ломаются внезапно: кредитное плечо, долгосрочные обязательства и ступенчатые ковенанты (условия кредитных договоров) превращают замедление роста в катастрофу.

Инфраструктурное строительство в сфере искусственного интеллекта финансируется не через продажу акций (как в 2000 году), а через законтрактованные будущие денежные потоки, кредиты под залог оборудования, контракты Take or Pay и обеспеченные активами ноты (облигации). Это архитектура не 2000, а 2008 года.

Великолепная семёрка тратит больше, чем зарабатывает

Для крупнейших технологических корпораций — так называемой «Великолепной семёрки» — ситуация пока не критическая. Эти компании финансируют строительство за счёт корпоративных облигаций и оперативного денежного потока. Однако и здесь видны признаки напряжения.

По данным CNBC, совокупные капитальные затраты «Великолепной семёрки» уже вытесняют обратный выкуп акций. Другими словами, продолжающийся рост расходов на инфраструктуру происходит за счёт средств, которые в противном случае направлялись бы на выплату дивидендов и выкуп собственных акций у инвесторов (CNBC, 6 февраля 2026 года).

Amazon, крупнейший инвестор, столкнётся с отрицательным свободным денежным потоком в размере от 17 до 28 миллиардов долларов в 2026 году (по оценкам Morgan Stanley и Bank of America). Meta ожидает снижения свободного денежного потока почти на 90%. Oracle сохранит отрицательный свободный денежный поток до 2030 года (Introl Blog, 20 февраля 2026 года).

Если инвестиции не принесут ожидаемой прибыли, компании будут вынуждены сократить капитальные затраты для защиты денежных потоков, что неизбежно повлечёт за собой снижение цен на акции.

Чем это может закончиться?

Финансовые аналитики выстраивают несколько сценариев развития событий.

Оптимистический предполагает, что спрос на вычислительные ресурсы продолжит расти, а стоимость инфраструктуры окупится по мере массового внедрения приложений на основе искусственного интеллекта.

Пессимистический сценарий описывает цепную реакцию: замедление роста спроса → снижение загрузки мощностей → падение цен на аренду → дефолты неооблачных провайдеров → снижение рейтингов → отказ венчурного капитала от финансирования стартапов → массовые банкротства.

При этом сам по себе дефолт отдельного провайдера не обязательно означает системный кризис. Как показал опыт 2008 года, проблема состоит в взаимосвязях между участниками рынка и концентрации рисков в структурированных финансовых инструментах.

По данным Комиссии по ценным бумагам и биржам США (SEC), совокупный объём невыполненных обязательств (Remaining Performance Obligations — RPO) четырёх крупнейших облачных платформ составляет около 2,1 триллиона долларов. Однако эта цифра включает концентрированный кредитный риск по отношению к нескольким компаниям, которые не имеют независимого операционного дохода и существуют исключительно за счёт венчурного финансирования.

Выводы для инвесторов

Текущая ситуация в области инфраструктуры искусственного интеллекта требует от инвесторов повышенного внимания к следующим факторам:

Во-первых, темпы роста капитальных затрат крупнейших корпораций уже превышают возможности их оперативного денежного потока, что ведёт к наращиванию долговой нагрузки.

Во-вторых, подавляющее большинство пилотных проектов с использованием генеративного искусственного интеллекта не приносит измеримой отдачи, что ставит под сомнение устойчивость будущего спроса.

В-третьих, финансовая модель специализированных облачных провайдеров построена на кредитном плече и долгосрочных обязательствах, что создаёт риск внезапного обрушения при замедлении роста.

В-четвёртых, роль NVIDIA в поддержании искусственного спроса на собственную продукцию вызывает серьёзные вопросы о качестве этого спроса.

История учит, что наиболее опасны ситуации, когда риски сосредоточены в кредитных инструментах с отрицательной выпуклостью — то есть там, где фиксированная прибыль сменяется неограниченными убытками. Именно такие инструменты составляют основу финансовой архитектуры текущего ИИ-бума.

Источники:

1. Bloomberg, 1 июля 2026 г., CNBC, 1 июля и 6 февраля 2026 г., Reuters, 14 июля 2026 г., Fortune, 18 августа 2025 г., The Hill, 20 августа 2025 г., Forbes, 26 августа 2025 г., Futurum Group, 12 февраля 2026 г., Introl Blog, 7 января и 20 февраля 2026 г., Silicon Data, декабрь 2025 г., Cyfuture AI, апрель 2026 г., IO Fund, 12 июня 2026 г., CoreWeave, отчётность SEC, 2025-2026 гг., TechCrunch, 26 января 2026 г., PFI, 8 апреля 2026 г.

* - 21 марта 2022 года Тверской районный суд Москвы признал деятельность компании Meta Platforms Inc. экстремистской и запретил её на территории России (решение по делу № 02-2473/2022). Иск был подан Генеральной прокуратурой в связи с временным снятием компанией запрета на призывы к насилию в отношении российских граждан. Мессенджер WhatsApp, также входящий в структуру Meta, под запрет не попал. При этом, как уточнила Генеральная прокуратура, использование физическими лицами продуктов Meta (Facebook, Instagram) не квалифицируется как участие в экстремистской деятельности.