Смерть старой энергетики: почему мир втягивают в эскалацию

Аксиоматика небополитики

Андрей Девятов, известный российский политолог и автор термина «небополитика» (концепция, рассматривающая политические процессы в их целостности и взаимосвязи с технологическим развитием), в своём выступлении от 17 июля 2026 года формулирует ряд исходных положений. По его мнению, война является продолжением экономической политики, экономику определяют способ производства и технологии, а смена технологических укладов неизбежно ведёт к перестройке всей системы международных отношений.

«Аксиоматика небополитики, — поясняет Девятов, — заключается в том, что политические амбиции и конфликты являются производной от экономического базиса. Когда один технологический уклад исчерпывает себя, а другой только формируется, человечество проходит через полосу турбулентности» (Андрей Девятов, прямая линия «Зачем сейчас нужна эскалация?», 17 июля 2026 г.).

Энергия как поле битвы

Центральный тезис видео состоит в том, что текущая эскалация напрямую связана с устареванием ископаемой энергетики. Девятов обращает внимание на то, что удары по энергетической инфраструктуре — нефтяным, газовым и угольным объектам — наносятся в тот момент, когда ископаемые источники энергии уже не являются основой будущего мироустройства.

«Вот эта вся ископаемая энергетика новыми технологиями будет вытеснена, — говорит Девятов. — И поэтому сейчас доживают те, кто удерживает последнее из старых источников энергии. А если новая энергетика станет общедоступной и почти бесплатной... то война становится бессмысленной» (Андрей Девятов, прямая линия «Зачем сейчас нужна эскалация?», 17 июля 2026 г.).

Эта точка зрения находит подтверждение в аналитических материалах. Профессор департамента международных отношений НИУ «Высшая школа экономики», ведущий научный сотрудник Института Китая и современной Азии РАН Шамиль Еникеев в статье «Глобальный энергетический порядок-2040: контуры возникающей системы», опубликованной в журнале «Россия в глобальной политике» (№ 4, июль 2026 года), отмечает:

«К 2040 году мировая энергетика претерпит изменения, сопоставимые по глубине разве что с послевоенным переустройством середины XX века. Украинский военный конфликт лишь обнажил накопившиеся противоречия, а кризис вокруг Ормузского пролива и эскалация американо-израильского противостояния с Ираном ускорили процессы, развивавшиеся с середины 2010-х годов».

— Шамиль Еникеев, «Россия в глобальной политике», 1 июля 2026 г.

Автор также указывает на масштаб последствий: «Эскалация американо-иранского противостояния, начавшаяся в конце февраля 2026 года и в считаные дни приведшая к фактическому закрытию Ормузского пролива для коммерческого судоходства, превзошла нефтяные шоки 1970-х годов по масштабу нарушения цепочек поставок. С мирового рынка еженедельно исчезало около 1,5 миллиона тонн сжиженного природного газа — порядка 19 процентов всей морской торговли СПГ».

Международное энергетическое агентство (International Energy Agency, IEA) в докладе «State of Energy Policy 2026» подтверждает, что энергетика стала центральным элементом национальной безопасности. «Глобальные сбои в цепочках поставок после пандемии COVID-19, полномасштабное вторжение России в Украину и торговые ограничения на ключевые товары, включая критически важные минералы, на протяжении последних пяти лет следовали одна за другой волны событий, которые вновь выдвинули на первый план давние проблемы энергетической безопасности», — говорится в документе (IEA, State of Energy Policy 2026, Executive Summary).

Ормузский узел и новая гибридная схватка

Девятов в своей лекции вводит понятие «новой гибридной схватки», в которой переплетаются военные, экономические и технологические аспекты противостояния. Особое внимание он уделяет ситуации вокруг Ормузского пролива.

Аналитики издания WorldAtNet в обзоре «2026 Geopolitics: Why the World Feels More Unstable Than Ever» (5 июля 2026 г.) приводят следующие данные: «2026 год называют "годом глобального сдвига сил". Аналитики Всемирного экономического форума описывают формирующийся порядок как полицентричный (polycentric) — власть распределяется между множеством центров, а не концентрируется в одном или двух». По данным издания, количество активных конфликтов в мире достигло примерно 110 — максимума со времён Второй мировой войны.

В свою очередь, Deutsche Bank Research в ежемесячном обзоре «This Month in Geopolitics: July 2026» отмечает повышенную геополитическую волатильность, а New York Life Investments в докладе «Geopolitical Risk in a Shifting World Order» (март 2026 г.) характеризует текущее положение как переход от «миропорядка под руководством США» к эпохе «большой державной политики» (great power politics), где государственное вмешательство усиливается и руководствуется принципами национальной безопасности.

Профессор Фрэнсис Гэвин (Francis J. Gavin) в статье «The Future of World Order» для издания Engelsberg Ideas (4 февраля 2026 г.) отмечает: «Современный мировой порядок плохо приспособлен к сегодняшней динамичной и меняющейся международной системе, и это несоответствие лежит в основе нашего нынешнего ощущения кризиса». По его мнению, в центре дискуссий о будущем мироустройства остаются вопросы возвышения Китая, украинский конфликт и решения США в сфере безопасности.

Китай: стратегическое ожидание

Определённое место в анализе Девятова занимает роль Китая. Политолог выдвигает тезис о том, что Пекин сознательно «отставляет» Вашингтону возможность вести военные действия, одновременно формируя альтернативные финансово-экономические механизмы.

«Китай отставляет США возможность воевать, — отмечает Девятов. — А сам в это время строит новую финансовую архитектуру. Война становится невыгодной тому, кто не контролирует будущие технологии» (Андрей Девятов, прямая линия «Зачем сейчас нужна эскалация?», 17 июля 2026 г.).

Директор Департамента внешнеполитического планирования МИД России Алексей Дробинин и заместитель директора ДВП МИД России Мария Ходынская-Голенищева в статье «Юго-Восточная Азия в многополярном мире», опубликованной в журнале «Россия в глобальной политике» в апреле 2026 года, констатируют: «Осмысливая ход международных событий, ряд экспертов приходит к заключению, что многополярность наступила раньше, чем многие были к ней готовы. Скорость изменений настолько высока, что самые смелые прогнозы нередко воплощаются в жизнь в режиме реального времени».

Авторы ссылаются на выступление Президента России Владимира Путина на XXII заседании Международного дискуссионного клуба «Валдай» в октябре 2025 года, где было отмечено, что многополярность «по факту сложилась» (официальный сайт Президента РФ, kremlin.ru).

Информационно-аналитическое издание «Столетие» (Фонд исторической перспективы) в публикации «БРИКС и новый миропорядок» приводит мнение обозревателя Томаса Фази (Thomas Fazi) из британского издания UnHerd, который заявил: «Обладая существенным экономическим и демографическим весом, БРИКС сосредоточил в своих руках потенциал для перестройки глобальной системы управления, особенно если объединение сможет сформировать альтернативную глобальную финансовую архитектуру». В статье также указывается, что «на кону ни много ни мало — конец пятивекового мирового господства Запада» (издание «Столетие», 25 октября 2024 г.).

Новая энергетика: атомный ренессанс

Значительная часть видео Девятова посвящена перспективам новой энергетики, в особенности атомной. По его мнению, именно контроль над новыми источниками энергии будет определять расстановку сил в будущем миропорядке.

Профессор Еникеев в уже упомянутой статье подтверждает, что «атомная энергетика — в форме как крупных АЭС, так и малых модульных реакторов — оказывается единственным источником, сочетающим непрерывность, отсутствие углеродного следа и предсказуемость стоимости в перспективе десятилетий». Он также отмечает, что «государство, строящее АЭС в развивающейся стране сегодня, формирует её технологическую и политическую зависимость на шесть-восемь десятилетий вперёд — горизонт, превосходящий продолжительность большинства политических циклов».

Согласно статье, в ноябре 2025 года Президент России Владимир Путин позиционировал российские малые атомные энергоблоки как готовое решение для энергоснабжения центров обработки данных. Рядом с Калининской АЭС в Удомле с 2019 года работает один из крупнейших дата-центров страны, что является практической иллюстрацией данного направления.

При этом Еникеев отмечает пределы возобновляемой энергетики: «Солнечная и ветровая генерация по физическим причинам не способны обеспечить непрерывную базовую нагрузку, требуемую крупными потребителями. Возобновляемая энергетика к середине 2020-х годов обнажила два структурных ограничения: низкая плотность энергии и зависимость от погодных условий».

Вместо заключения

Проведённый анализ показывает, что гипотеза о связи текущей геополитической эскалации со сменой технологических и энергетических укладов находит подтверждение в материалах ряда авторитетных источников. Некоторые эксперты сходятся в том, что мир вступил в период фундаментальной трансформации, и наблюдаемые конфликты являются не хаотичным набором случайностей, а проявлением системного кризиса перехода.

Согласно оценкам, опубликованным в журнале «Россия в глобальной политике», итоговая конфигурация мировой экономики движется к трёхблочной структуре, где центрами силы выступают США, Китай и «незападный» контур стран-посредников. В этой конфигурации энергетика перестаёт быть нейтральным товаром и становится одновременно полем соперничества, его орудием и призом.

Как резюмирует Андрей Девятов, «новый валютный мир цифровых денег дезавуирует политические амбиции старого миропорядка, и война становится невыгодной для того, кто не контролирует технологии будущего».

При подготовке статьи использованы материалы: журнал «Россия в глобальной политике» (Россия), официальный сайт Президента РФ (kremlin.ru), International Energy Agency (Франция), New York Life Investments (США), Deutsche Bank Research (Германия), издание «Столетие» (Россия), WorldAtNet, Engelsberg Ideas (Швеция), People & Media, информационное агентство ТАСС (Россия).